А. Л. Мартюшев: Нужно просто собирать людей, призывать, находить неравнодушных и вместе действовать

Уже более двух лет при приходе храма святого Георгия Победоносца города Витебска работает психолог Алексей Леонидович Мартюшев. Он организовал необычное сообщество для мальчиков – «дружину святого равноапостольного князя Владимира». Каждое воскресенье после Литургии ватага из мальчишек и их пап берёт самодельные луки, мечи, щиты и выезжает на территорию православного оздоровительного лагеря “Дружба”. Там они разыгрывают сражения и походы, строят в лесу шалаши и занимаются благоустройством лагеря. Мы решили подробно расспросить Алексея Леонидовича о его деятельности.

– Известно, что Вы раньше жили на Украине. Как Вы оказались в нашем городе?

– В Витебске я очутился осенью 2014-го года. Духовный отец благословил меня на время нестроений, которые были на тот момент на Украине, уехать именно в Витебск, чтобы не прекращать работу с детьми и их родителями, которую я вёл в Киеве.

– Чем Вы занимались до переезда в Витебск и чем занимаетесь в нашем городе?

– В Киеве я занимался детской и семейной психологией: проводил разного рода воспитательные занятия с дошкольниками и школьниками, а также вёл практические и просветительские беседы с родителями, которые хотели воспитывать детей в православном духе.

– Как Вы пришли к православию и к профессии психолога? Есть ли связь между этими событиями?

– Наверное, связь не такая явная и чёткая, но, я чувствую, эти события связаны между собой. Вначале я пришёл к занятиям психологией. На заре юности меня интересовали вопросы, связанные с совершенствованием человека. В первую очередь, меня интересовал морально-этический момент. На то время (начало 1990-х), практическая психология была модным течением. Она предлагала ряд средств, которые могли бы помочь окружающим. Это было очень интересное направление, поскольку оно ещё не приобрело несколько меркантильного и прагматичного характера, то есть в то время речь ещё шла о совершенствовании человека в целом. Чувствовалось влияние русской культуры и каких-то элементов духовного опыта, доступного молодым специалистам. Я участвовал в некоторых тренингах. Что-то понравилось, что-то – нет, но я решил углубить свои знания в этом деле. Получил второе высшее академическое образование, окончил государственный университет в Киеве по специальности «психология», после этого встал вопрос о практике. Вначале была медицинская психология, связанная с реабилитацией людей, пострадавших от

Чернобыльской аварии и переживавших длительный стресс. Позже я стал работать с семьями, которые нуждались в психологической поддержке.

В какой-то момент я стал чувствовать некое отчуждение: ко многим людям, которых я знал, к средствам информации, которые читал. Я стал искать единомышленников, для которых будет интересен вопрос сохранения человеческой жизни.

Отклик нашёл в одном из православных храмов, где выпускали небольшую газету. Я начал её читать, и нашёл несколько статей, которые разбирали суть современных средств информации. Они указывали на то, что те истины и критерии добра и зла, которые сеют СМИ, далеки не только от Евангелия, но и от здравого смысла. Статья была написана грамотно и произвела на меня неизгладимое впечатление. Я решил познакомиться с редакторами и писателями этой газеты и нашёл их в храме св. Агапита Печерского (безмездного врача). Храмом он был условно – помещение заброшенной больницы без воды и отопления.

Это были очень светлые годы, когда вокруг настоятеля, отца Александра, собиралось много студентов, молодых и уже опытных врачей, педагогов и психологов. Многие люди, которых жизнь выбросила на периферию, и переживавшие сильные стрессы, искали утешения и находили его в храме. Я не искал утешения, но мне, как воздух, были нужны люди, с которыми я мог поделиться своими мыслями. Можно сказать, я жаждал правды. Не Божьей правды, а тогда еще просто правды.

Настоятель храма доверил мне общение, ведение лекций и бесед с людьми, которые раньше были добрыми и радостными, и вдруг стали злыми и несчастными.  Мы собирались по четвергам, обсуждали с родителями и детьми вопросы педагогики и психологии. Для меня это была новая тема, которой я раньше не занимался. Тогда же впервые познакомился с трудами святых отцов. Однако, довольно трудно соотнести прочитанное в православной литературе с конкретной ситуацией, возникшей в семье. Длилось это четыре года.

– Расскажите о «Дружине». Что это за организация, как Вы стали заниматься ее развитием, какие цели преследуете?

– Дружина – это практический ответ на один тяжёлый и мучительный вопрос. Если поднять статистику, факты и просто оглянуться кругом, можно увидеть, что в наибольшей степени моральной, психологической и физической деградации за последние чуть больше двадцати пяти лет подверглись мужчины. Это связано с преобладающим среди сильного пола, в сравнении с женщинами, количеством правонарушений. Среди лиц, подвергшихся наркомании, алкоголизму и преступлениям, львиная доля – это юноши. Также наибольшее количество суицидов и их попыток свойственны мальчикам, молодым людям и мужчинам. Если посмотреть на ситуацию в храмах, то буквально до недавнего времени основной их контингент на 80–90 % состоял из женщин.

Мужчины, как некий нравственный образец для подражания, и сыновья, как наследники морального состояния, истории и традиций своих отцов, своего народа, всё более явно исчезают как вид. Очень многих это устраивает. Поскольку я сам мужчина, мне это не нравилось. Я задавался вопросами: «что делать?», «кто виноват?». Виноваты мы сами, а что делать – вопрос насущный. Так и родилась «Дружина святого равноапостольного князя Владимира». Он не просто покровитель. После крещения за ним последовали его дружинники, верные соратники в битвах, оставшиеся верными и в вопросах веры. Мы видим перед собой образец мужчин, которые живы у Бога, представляют собой почти идеал мужества, и к которым хочется присоединиться.

С другой стороны, это не только образ, но и форма работы. Дружина – это такое братство, воинство старших и младших, отцов и сыновей. Отцы понимают, что в одиночку они не справятся с воспитанием: из-за загруженности на работе, подчас из-за неумения и лени. Откуда придёт помощь? Во многом от таких же, как они. Смысл этого объединения в том, что воспитать мальчика-христианина – это не только задача, но и жизненно важный труд. Таким образом, имея перед собой образец старших – отцов и братьев, мальчики принимают и наследуют что-то, что будет для них в дальнейшем помощью и ориентиром во взрослой жизни.

– Как Вы считаете, что нужно сделать, чтобы православное воспитание вновь стало популярным и необходимым, чтобы люди поняли его важность? Может быть, нужно что-то менять, или стоит меняться самим?

– Бог видит, когда человек готов преобразиться, и нам следует лишь уповать на Него. Когда мы говорим о православном воспитании, надо чётко понимать его границы и назначение. Оно не предназначено для того, чтобы лучше устроиться в этом мире. Для этого есть другие системы воспитания, и православная относится к ним в меньшей степени. Главная цель православного воспитания, по-моему, – это некое «взрыхление» окаменевшей почвы нашего сердца, чтобы слова Божьи могли там пустить корни, прорасти и, даст Бог, получить плоды. Понятно, что семена сеет Господь, а выращивает Дух святой. Мы лишь только можем пытаться создать в своей душе наиболее благоприятные для этого условия. Естественно, что маленький ребёнок или подросток не осознаёт этой задачи и не обладает достаточным умением, чтобы этим заниматься. Тут, снова, играют большую роль родители и те, кто взялся помогать им воспитывать детей.

А как сделать популярной православную веру? Как сделать популярным крест? В эпоху, когда много скорбей, к Богу приходит больше людей, больше сердец стекается. В эпоху, когда мы сыты, беспечны, довольны, веселы, мы меньше нуждаемся в Боге. Но эти времена рано или поздно заканчиваются, и наступают другие. Поэтому лучше сказать, как сделать популярным православное воспитание среди православных же родителей. Для себя я понял, что они самые одинокие и беспомощные родители на Земле. Если для остальных всё достаточно просто – отвёл ребёнка куда-то, пусть им там занимаются. И результат воспитания понятен – человек лучше устроился в жизни, приобрёл более высокий социальный статус, материальные блага и т. д. Дело не в счастье. Радуется ли он каждому прожитому дню, способен ли любить? Этим люди не отягощают головы, это не так важно.

Православные родители – это естественная категория или группа верующих, которая инстинктивно тянется к Церкви, потому что они любят и заботятся о своих детях. Не только о телах, но и о душах. И желает их душам, естественным образом, не только процветания в этом мире, но и спасения в том. Именно эта категория верующих оказывает наибольшее давление в области ценностей и условий жизни в миру. Они более остро ощущают развращение, происходящее в современном человеке. Их не нужно агитировать за занятия православным воспитанием, им нужно помочь организационно. Для этого в нашей земной Церкви есть всё: батюшки, средства массовой информации, помещения и уже поколение молодых людей, выросших при храмах и семинариях, которые, при желании, занимаются этой работой. Нужно искать этих людей, беседовать с ними, заинтересовывать во всём, что может быть для них полезно. Сначала нужно хотя бы собраться и соборно помолиться вместе в ними. Нужно вести просветительскую деятельность с помощью книг, пособий, воспитательных курсов, которые уже появились в Церкви. У нас есть православный лагерь «Дружба», и одно из важнейших его назначений – чтобы дети и взрослые, живущие в епархии, могли между собой познакомиться, открыть новые просторы для общения с единомышленниками. В этом своеобразном коммуникативном летнем центре есть работа и для молодёжи.

Нужно просто  собирать людей, призывать, находить неравнодушных и вместе действовать.

Беседовала Мария Макарова

По материалам сайта Витебской епархии