Божий промысел в моей жизни…

Почти каждый день в нашем храме на службе можно встретить тихого, скромного человека – старшего пономаря Сергея Иванова, благодаря работе которого осуществляется подготовка к богослужениям. Сергей Иванов трудится в нашем храме более 15 лет. Начинал свой путь сторожем, потом стал служить старшим пономарем, и совсем недавно мы поздравляли его с рукоположением во диаконы. Сегодня о. Сергий расскажет о своем жизненном пути – пути человека, в жизни которого было много: война, болезнь, сомнения и поиски.

- Расскажите немного о себе. Откуда вы? Какое получили образование?

- Родился я в г. п. Сураж, Витебской области. Вырос, окончил среднюю школу и сразу после школы в 1984 году поступил в индустриальный техникум в г. Витебске. В 1985 году служил в армии, после армии забрал документы из техникума и пошел учиться на телемастера в училище. Окончив училище, пошел работать.

- Как вы оказались в Свято-Георгиевском храме?

- Служба в армии проходила в Афганистане. Уже ближе к концу я получил тяжелое ранение. После госпиталя сразу на дембель. Когда вернулся домой, начал загуливать. Много пил. Оказалось, что ранение дало свои последствия, и мне дали третью группу инвалидности. Пить, гулять нельзя. Образовалась пустота, и я начал ее заполнять духовными вещами: Восток, Запад, Рерих и все такое прочее. Довольно-таки серьезно увлекся этим делом. Сейчас понимаю: новое учение, наружность красивая, начинаешь копаться, читать, увлекаться – в итоге, смотришь – мыльный пузырь. Снаружи – красивый, внутри – ничего нет. Пусто. Это в лучшем случае, а так еще может очень сильно навредить. Много вещей я таких прошел. Хочу отметить, что надо мной даже опеку взяли – последователи этих учений. Я покупал книги, они приносили их мне домой, на работу.

В 1998 году я попал в Свято-Георгиевский храм сторожем. Это для меня была не работа. В одной книге я вычитал совет, что при церкви быть хорошо. Находиться в ней, но заниматься своими делами. Вот я и пошел на это место.

О. Николай Коляда – священник русской православной церкви. По моим понятиям – вчерашний день, и что они вообще тут делают… На тот момент, когда я пришел в храм, я ни на каком учении не остановился. Все искал… И вот начался мой долгий разговор с о. Николаем. Мы стали частенько беседовать. И я посмотрел, что тут не все так просто. Все не так, как нас учили. Я начал поглубже разбираться, с о. Николаем разговаривать, читать книги. Я осознанно шел к тому, чтобы понимать православную веру. Я увидел, что это не мыльный пузырь, что внутри этой веры есть такая безграничная глубина. И я даже удивился, потому что в советские годы учили, что православие – это глупость, фанатизм.

- Какие еще послушания вы несли при храме?

- Сначала я был сторожем, а потом о. Николай мне предложил стать пономарем – где-то в 2001 году. Это еще не было осознанное служение Богу, сначала больше было желание разобраться до конца. Насколько я понимаю сейчас, «разобраться до конца» – идет от гордости. Потому что глубина этих истин безгранична. Чем больше читаю, тем больше понимаю, что ничего не знаю.

- Мы знаем, что вы учитесь в духовной семинарии. Расскажите об этом…

- Да. Сейчас я учусь в духовной семинарии. Окончил два курса. Я сначала не хотел поступать. Меня направили, я отказался. Потом на следующий год снова меня направили. Я подумал, что если Господь призвал, то Он найдет силы тебя туда определить. Но и учитывая свободную волю, пренебрегать своим определением, призванием, наверно, не стоит. Со второй попытки пошел учиться. Когда сказали, что нужно рукополагаться, я тоже держался – не хотел. Потому, что здесь сыграл свою роль профессор Осипов, который говорил, что нам главное – спастись. А я думал, что рукоположение спасения мне не прибавит, а прибавит забот. Но потом я понял, что когда сопротивляешься Воле Божией – это и есть забота. Если ты идешь по Воле Божией, которая проявляется в пожеланиях священнослужителей, то проблем не бывает. И я перестал сопротивляться. И мне стало легко, хорошо. И сейчас я понимаю, что спасение – это не только чтение книг или работа только сугубо индивидуально над собой, а это – работа общественная, которая, прежде всего, заключается в донесение Воли Божией до людей. И тогда Бог помогает, и становится легко. Это со мной и произошло.
Сейчас мне в алтаре стало намного тяжелей, потому что пономарские обязанности остались и диаконские прибавились, но я как будто на крыльях летаю.

- Что для вас Николо-Георгиевский приход – сами люди?

- Николо-Георгиевский приход – это моя семья. Храм – это мой дом родной. Мы здесь, как родные люди, тем более, это единомышленники, духовные братья и сестры.

Хочу отметить также, что о. Николай мудро себя повел. Когда я был далек от православия, он не стал ничего доказывать. Просто меня выслушивал, вставлял свои реплики. Притом говорил такие вещи, над которыми я мог неделю думать. Он замечал такие вещи, которых я не видел. Показывал мне их. Я начинал думать, искать, копаться и не находил ответа.

Он мне как духовный отец. Я до сих пор с ним на духовные темы контактирую. Может мне не все нравилось, что он мне говорил, но могу сказать, что всегда получалось, так как он советовал. Мне это даже где-то не нравилось. Главная роль в моем становлении – это его роль как духовника. Слава Богу за все!

- Поделитесь своими свидетельствами Божьего Промысла в вашей жизни.

- Анализируя свою жизнь, могу сказать, что свидетельство Промысла Божьего в моей жизни – это мое ранение, благодаря которому я не спился. Если бы этого не было в моей жизни, то я бы однозначно спился. Уже ближе к концу службы меня ранило. Я полежал в госпитале, выписался и потом на дембель, домой. Пока было нормально, мы пили, гуляли во всю. Я с Афгана – герой! Веселые компании. Масса знакомых. И это дело пошло и пошло. Пока не сказались последствия ранения. Врачи сказали, что такой образ жизни вести нельзя. Однозначно, для меня это – Божий промысел! Только поэтому я стал тем, кем я сейчас являюсь.

Беседовала Юлия Лоскутова.