Старец Кирилл. 9 дней

Он прошел всю Великую Отечественную войну сержантом пехоты. Неся караульную службу в разрушенном Сталинграде, среди развалин дома нашел Евангелие – и больше уже не расставался с ним никогда.

В 1953 году, заканчивая Московскую духовную семинарию, Иван Павлов принял монашеский постриг в Свято-Троицкой Сергиевой Лавре с именем Кирилл. Вначале он был пономарем, а в 1970 году его назначили казначеем Лавры и братским духовником. Это служение архимандрит Кирилл нес больше тридцати лет, став также духовником трех последних патриархов.

Архимандрит Кирилл (Павлов) скончался вечером 20 февраля 2017 года после продолжительной болезни на 98-м году жизни.

Памяти архимандрита Кирилла (Павлова)

Из проповеди отца Кирилла:

«Жизнь свою предоставьте воле Божией. Верьте: Господу лучше нашего знать, когда Ему призреть на нас, а когда и отвратить от нас пречистое лице Свое. И что бы ни случилось в жизни – почаще взывайте: Упование мое – Отец, Прибежище мое – Сын, Покров мой – Дух Святый, Троице Святая, слава Тебе!»

«Чувствовало его сердце – долгим будет этот путь, нелегким»

Из записок келейницы, монахини Евфимии (Аксаментовой):

Золотая осень… Воистину – золотая, когда тебе 95… Я боюсь, что даже и не очень понимаю про то, каково это – прожить такой срок на земле… Глядя на россыпи опавшей листвы, невольно думаешь о смерти… Но уточню – о каждодневном монашеском умирании, ежеминутном вкушении смерти… Мне это тоже не вполне понятно – я человек гордый и нет-нет, а изловчусь избежать этого вкушения… Уж больно тяжело… А вот отец Кирилл, великий Послушник Христов – не ловчит… Он с нею, со смертью, давно и глубоко дружен… Еще с Великой Войны…

И дело даже тут не в том, что за эти 11 лет болезни мы миллион раз мчались на скорой в реанимацию… И не в том, что этот последний август был куда как непрост… Забывать про себя, не принадлежать себе, жить чаяниями и переживаниями других людей все 60 лет своего монашества – это ли не смерть… Так что там ему инсульт какой-нибудь, сердечный приступ, пневмония?..

Помню, как он в последний раз (будучи на ногах) собирался в больницу – как на Голгофу… Тихо плакал на правиле… ходил прощаться с храмом… Чувствовало его сердце – долгим будет этот путь, нелегким… Но лицо его после этих слез становилось просветленным, умиротворенным, счастливым… Любящий своего Господа, преданный Христу человек – не иначе, как с радостью иго Его благое понесет! Поэтому так оскорбительны кажутся мне все эти досужие разговоры о том, что-де «чем такая жизнь, так лучше и не жить», «зачем искусственно продлевать его мучения!»… И т.д… Как лучше – знает Господь. А они с Ним договорились…

8 октября 2014

«Все там, у Бога, будем!»

Начинался Великий пост. Люба стояла к отцу Кириллу на исповедь, а вокруг вился какой-то рыжий: «Девушка, давайте познакомимся?» – что девушку крайне раздражало. Дочка священника, она прекрасно понимала, что знакомства со странными парнями в храме ни к чему хорошему привести не могут. «Чего привязался?» – думала она, плотнее заматываясь в платок.

Батюшка, как всегда, утешил и обрадовал. Не так уж важно, что он ей ответил – но вышла Люба счастливая, окрыленная, как будто Пасха в душе – и стояла с улыбкой на лице, задумавшись. А сразу за ней к отцу Кириллу юркнул рыжий.

То ли Люба долго стояла, то ли еще что, но из задумчивости ее вывел окрик: «Люба! Вернись!» – удивленная, она снова зашла к батюшке. Рыжий сидел рядом с ним.

– Расскажи-ка нам о себе, – с улыбкой попросил старец.

Растерявшись, девушка начала рассказывать как-то невпопад:

– Меня зовут Люба, мне девятнадцать, я пою в храме…

Батюшка улыбнулся и кивнул рыжему:

– Вот и невеста тебе, – и протянул обоим свечи.

А Люба отлично знала: кому батюшка дарит свечи – как правило, женятся. Никого не заставлял – просто складывалось. «Ну уж это явно ошибка, – отмахнулась она. – Кто он такой вообще, этот парень?»

Вышли вместе.

– Теперь-то познакомимся? – улыбнулся он.

– Люба, – повторила зачем-то она.

– Дмитрий, – ответил он. – Давайте после поста встретимся? Где вы живете?

Люба уже давно жила в своей небольшой квартире в Сергиевом Посаде, но встречаться с Дмитрием после поста ей совершенно не хотелось. Ей вообще не хотелось с ним встречаться. Поэтому она оставила адрес родителей в Ставрополе. «Папа ему быстро все объяснит», – про себя усмехнулась девушка. Но, к ее удивлению, Дмитрий вдруг сказал:

– А я знаю этот адрес! Там батюшка живет!

Люба уставилась на навязчивого собеседника.

– Понимаете, – радостно начал объяснять рыжий, – я студент Одесской семинарии. В прошлом году приехал в Москву, а меня ограбили. Возвращаться не на что. Иду по улице, расстроенный, а навстречу священник. Я к нему. Стал объяснять. Тот мне помог. Я говорю: «Батюшка, дайте адрес – я вам скоро все верну!» – а он стал смеяться: «Не надо мне возвращать ничего! Вот тебе мой адрес, приезжай в гости, может, хоть одну девчонку у многодетного отца заберешь».

На Пасху они снова встретились, а потом и поженились.

Рыжий Дмитрий уже давно священник где-то на юге, у них с Любой двое детей. Сейчас, может, и больше – женщина, поделившаяся со мной этой историей, регент Галина Григорьевна Зароднина, на счету которой множество храмов и учеников, от хора Елоховского собора до певческих курсов Якутской епархии, давно их не видела. Сама она училась на регентском отделении Московской духовной академии и к отцу Кириллу иногда приходила.

– Мой папа умер на Радоницу, – рассказала она. – Я очень его любила. Побежала, плача, к батюшке. Подбегаю и сквозь слезы кричу: «Батюшка, у меня папа умер!» – а он улыбается: «Христос воскресе!» Ну, думаю, не понял, наверное. И повторяю: «У меня папа умер!» – а он снова улыбается: «Христос воскресе!» Я растерялась и ответила: «Воистину воскресе…» – и тогда он обнял меня по-отечески и сказал: «Все там, у Бога, будем». И слезы тут же высохли – как будто я снова дождалась Пасхи.

«Вы всю жизнь будете помнить эту встречу»

Виталий Кучерский, врач-уролог клиники «Мосмед» в Москве

В 1994 году мы с супругой потеряли дочь. Она внезапно умерла, ей был 21 год. Мы были в ужасном горе.

В то время я, еврей по национальности, искал путь спасения души и крестился. У меня был друг, иеродиакон Серафим, он является моим духовным братом. Он служил в храме сошествия Святого Духа на Лазаревском кладбище. Он проложил нам путь к вере: мы с моей женой Надеждой, которая тоже очень тяжело страдала, стали читать Евангелие, ходить в храм, причащаться.

Он-то и посоветовал нам с женой ехать в Переделкино к старцу Кириллу. Это было начало зимы, шел снег, и мы поехали. Было множество разных обстоятельств, которые мешали нам туда доехать: то поезд отменили, то опоздал, то снегопад. Мы еле добрались, хотя ехать-то всего ничего.

Мы приехали туда, был очень сильный снег. Было очень много людей, которые пришли за помощью духовной к отцу Кириллу, и были большие сомнения, что мы сможем к нему попасть. Но отец Серафим нам во всем помогал. Когда матушка вышла к народу и спросила, кто хочет убирать снег, мы с диаконом Серафимом пошли – убирали снег на территории храма.

Через некоторое время вышел архимандрит Кирилл, покормил птичек. Я подбежал к нему под благословение, хотя еще даже не знал, как и руки-то складывать. Он посмотрел на меня добрыми глазами, было видно, что это человек, исключительно много в жизни переживший и, в общем, нездоровый. Как на большинстве фотографий он есть – таким он и был.

Мы пошли через внутреннюю калитку к храму – он должен был там служить. Много народу бросилось к нему, но он позвал мою жену, и они поговорили о том, как она страдает. Было очень холодно, она продрогла и сильно плакала.

Потом, когда я ее спрашивал, что ей сказал отец Кирилл, она отвечала, что ничего особенного, просто погладил и сказал: «Ты очень страдаешь, но все это потихонечку пройдет». Просто проявил доброту, участие.
И когда мы возвращались в Москву, то думали: ну и что такого, ну увидели, ну подошли к нему, а Серафим нам сказал: «Вы всю жизнь будете это помнить».

И вот прошло с тех пор 33 года, но я с того времени всегда его помню.

Вторая встреча была через год. В 1995 году мы съездили в Израиль: это была туристическая поездка с посещением святых мест. У нас было время походить самостоятельно по Иерусалиму. Мы добрались до Горненского монастыря, где начинал свою жизнь Иоанн Креститель, где встречалась праведная Елисавета с Богородицей. Там мы пообщались с послушницами, и настоятель храма, когда узнал, что мы встречались с отцом Кириллом, передал для него коробку ладана.

Вернувшись оттуда – это было уже в следующем году – мы отправились передать отцу Кириллу этот ладан. И я опять не знал, как же я к нему попаду: толпы людей ждали встречи с ним.

Он вышел, всех пригласили в церковь, и он тогда прочел молитву «Символ веры» с выражением. Не так, как мы ее в храме поем обычно, а с выражением, как чтец, даже немного как поэт. И это было новое для меня прочтение, и я тогда понял, что молитвы можно читать по-разному. Он ничего особенного не делал, он показывал пример. Я же был тогда совсем еще необразованный в этом деле человек.

Потом нас вывели на улицу, и надо было дождаться своей очереди. Я понимал, что он может и не принять всех. И тогда я сказал послушнице, что из Иерусалима привез ладан и не буду отца Кирилла долго занимать, и попросил разрешения зайти и передать ему.

Она ему сказала, и он меня пригласил. Я вошел, он так же тепло меня встретил, благословил. Я передал подарок от насельников Горненского монастыря, он с удовольствием принял. А потом спрашивает:

– Ну, а ты что делаешь?

Я ответил:

– Ну, как, читаю… Евангелие читаю, Псалтирь начал читать, апостолов пытаюсь.

А он мне говорит:

– Ну, ты муж мудрый!

Это он меня запомнил. Подарил мне иконку, эта небольшая бумажная иконка и сейчас при мне хранится.

С тех пор мы с женой очень серьезно воцерковились, вели православный образ жизни, очень друг друга поддерживали. Я жену свою очень люблю. Но дело в том, что 1 апреля 2013 года ее не стало. Она умерла от рака крови. И с тех пор я остался совсем один. Но я хочу сказать, что для меня и моей жены архимандрит Кирилл был проводником ко Христу, к вере, к пониманию благодати. Также почил и наш друг отец Серафим. Но остались в памяти его слова о том, что мы будем помнить эту встречу всю жизнь – так оно и есть.

По материалам сайта – Православие и мир